Для перелистывания страниц используйте клавиши ←→, либо кликайте по левой или правой части картинки. Для комфортного чтения картинку можно масштабировать в меню настроек читалки, кнопками ZX.
Настройте читалку под себя!
Вы можете читать всю мангу как вебку, переключив в настройках Режим чтения на веб!
Это Сильвия, возлюбленная Джуда, у них отдельная история, и ее пояти всю выкинули. Адель тоже была с ней знакома. И узнала от нее и Джуда новые стороны Чезаре
Адель понимала, что это звучало весьма жестко, но Чезаре никак не отреагировал.
— Вы знаете, чем ваш отец и бабушка отличались от других. Подобное встречается редко. Вы это осознаете, поэтому и перебираете женщин. А через несколько лет вы, вероятно, женитесь на той, кто принесет вашей семье наибольшую выгоду.
Ливи сделал паузу. Его глаза оставались холодными, как у старого тигра, что не выказывал никаких эмоций.
— Вы сами ничего не добились, герцог, так что теперь толкнули в огонь чужого сына. Вам стало легче?
В этот момент Джуд вернулся из храма. Он осмотрел собравшихся и нахмурился.
— Отец, вы опять говорили герцогу бредни?
— Нет, ничего такого.
Ливи строго взглянул на сына, затем дважды хлопнул его по плечу и ушел.
Джуд смотрел ему вслед, а затем обратился к Чезаре.
— Чезаре, он случайно не…
— Ничего он не сказал.
Чезаре, опустив взгляд, закурил сигару.
Джуд перевел взгляд на Адель, но та промолчала. Видимо, привыкнув к подобным сценам, Джуд ничего не стал уточнять.
— Знаешь, Чезаре, я вдруг понял, что так и не передал тебе последние слова Сильвии.
— Их же зачитают на церемонии.
— Она считала, что это может вызвать лишние неудобства. Просила, чтобы я сказал тебе лично.
— Сильвия слишком много думала.
— И не говори. Она сказала, что благодарна тебе за все. И что вы с Адель хорошо подходите друг другу.
Джуд перевел взгляд на Адель. Та молчала, и он вновь грустно улыбнулся.
— Это все?
— Нет. Еще она сказала, что раз уж умерла, то может сказать: «Повзрослей наконец».
Чезаре тяжело вздохнул.
— Ну и характер…
— Прекрасный, правда?
Джуд улыбнулся, но его голос звучал так, будто он вот-вот заплачет.
Чезаре вздохнул
@Оксид твою медь, Это было примерно когда Чезаре признался Адель, что она ему нравится даже сильнее, чем он сам думал... и поэтому отозвал свое предложение переспать с ним за деньги. Чезаре поехал навестить Сильвию и взял ее с собой. Она была дочерью адвоката в семье Джуда, и его отец разумеется был против такого неравного брака, к тому же она неизлечимо больна. Отца ее уволили, Джуд сбежал с ней без копейки в кармане. Чезаре много сделал для них и для ее лечения, дав им хотя бы это время. Вроде даже инвестировал в разработку новых лекарств, но... там приятные вещи тоже были, Джуж разыграл Сильвию, сказав, что Чезаре приедет со своей невестой,
Джуд сидел в приемной, выглядя на удивление бодро.
— Кажется, пора и мне жениться.
— Что? — непроизвольно переспросил Чезаре, подняв на него удивленный взгляд.
Прошло всего два дня с похорон Сильвии.
— Мне нужно продолжить род. Если найдется леди, которая не побоится стать частью рода Росси даже только ради его власти, я женюсь на ней. Без разницы, кто это будет.
Чезаре долго смотрел на друга, как будто пытаясь понять, шутит ли тот.
Джуд встретил его взгляд чистыми, но безжизненными глазами — словно из него высосали всю душу.
Чезаре потер переносицу и опустил глаза.
— Мне даже нравился тот старый ты.
— Конечно. Мы с тобой одного поля ягоды.
— …
— Разве что я нашел свою пару раньше. И потерял тоже раньше.
На это Чезаре лишь тяжело выдохнул, будто решаясь сказать что-то важное:
— Хватит уже. Перестань себя мучить и живи нормально.
Джуд тихо усмехнулся.
— Ха-ха. Ты же знаешь, что я не могу.
Они замолчали.
Джуд посмотрел в окно на птиц, щебетавших на ветках. Его лицо не выражало особой грусти, а губы тронула легкая улыбка.
— …Пустота.
Он еще немного посидел в тишине, после чего поправил манжеты и поднялся.
— Мне пора.
Джуд сделал пару шагов к выходу, обернулся и добавил уже с порога:
— Чезаре, будь умнее меня. Искренне надеюсь на это.
С этими словами он ушел, оставив Чезаре сидеть на диване в неподвижности.
Она замерла. Едва утихшее сердце вновь оказалось потревожено. Её терзало, что он говорил о любви так, будто речь шла об игрушке, которую можно бросить и снова взять.
Но Адель не отвела взгляда.