Другая форма отчаяния - не тогда, когда опускаешь руки и рыдаешь от горя, а когда проживаешь сегодняшний день зная, что завтрашний, скорее всего, не наступит.
На наших шлемах нет живого места,
Щиты от крови потеряли цвет,
И женщины, не жены, не невесты,
"Вернись и защити" кричали в след.
И старый капитан решился первым,
В ладони меч, осталось лишь сказать:
"Сегодня мы сражаемся за веру,
Сегодня нам на золото плевать".