Довольно логично, что это было началом произведения и автор далеко не заглядывал, но это единственное племя, курируемое осколком божественной души, что пытается жить мирно, все остальные вполне себе непрочь устроить массовый геноцид
Да и мир у них не очень располагает к такому, да и зачем сила то вообще нужна, если ты готов сдохнуть? Разве не самые целеустремленные, что готовы убить даже самых близких и являются достойными, чтоб нести силу изначальных богов? Почему вообще дух мыслит как ребенок?